Спинномозговая работа
|
Хребет настоящего дела легко перебить случайными нагрузками. Чем значительнее обязанности, тем больше нагрузка на жизненный стержень. Как сохранить «позвоночник» профессии, не подставляя свой собственный? |
Лет пять назад, когда в мире еще ничего не предвещало кризис, а мой собственный, возрастной, пока не получил такого высокого статуса, оказался я у одного врача, специалиста по усталым позвоночникам. Отсидел долгую очередь по предварительной записи, вошел в кабинет, неловко наступая на собственные бахилы, и с места в карьер начал жаловаться в умные глаза, неотчетливо видневшиеся за линзами в роговой оправе. Что в юности перетрудился, надорвал спину, когда вкалывал грузчиком и сборщиком ригелей на «Сибирской ярмарке».
Позже, перед институтом, целое лето я просиживал в научно-исследовательском институте, в канифольном тумане. Паял сложные схемы навесным монтажом, вытяжку врубал на полную. Прохлада снимала напряжение и нервный стресс. Но, как выяснилось, в этом способе были и свои минусы. Продуло меня, пробило, располовинило еще тогда, до института.
Врач мягко улыбнулся. «А теперь нормальная работа, жена, дети…», — рассеянно промолвил человек в белом халате. «Да! — поспешно согласился я. — Разное было, но теперь все стабильно». Лекарь почему-то оттягивал момент знакомства с моим позвоночником. «Бывает, берете на себя лишнее? — без выражения продолжал он. — Ну, не потому, что интересно, а просто ради продолжения. Все как-то автоматически. Я должен, должен, должен… Служите обществу, нагружаете тело, а что вы делаете для себя? Любая работа предполагает вознаграждение!»
Я стушевался. «Это раньше я балагурил, тратил на себя и мечтал о рок-славе. А теперь нет-нет! Уже не 20, семья, дети. Недавно позволил себе хорошую аудиосистему, а как-то на выходные премировал себя бездельем!» «Наверх тянетесь, а становится только хуже?!» — улыбнулся доктор. «Через тернии к звездам… Зато потом не будет больно за безнравственно прожитые годы!» Он ехидно ухмылялся. «Больно не будет, останется так же скучно, — отрезал лекарь. — Вы поступаете как ссыльный. Зябнете, всю жизнь дровишки из леса на своем горбе таскаете. С одной только целью — согреться! У вас все силы на охрану внутреннего тепла тратятся. Может, проще включить «полный вперед», переехать поближе к теплу, к удовольствию, забыть про дрова?» Его голос полностью заполнил врачебное помещение. Для моего — не осталось места.
«А спину-то как лечить?» — попробовал я повержено сменить тему. «А никак — не поможет! — парировал врач. — Вы живете не для радости, а для совести, так что потерпите неудобства. Согбенно, коленопреклоненно!» «Но вы же давали клятву Гиппократа, помогите!» — в отчаянии зашелся я.
«А вы кому дали клятву? — доктор нахохлился. — Нас обвиняют в том, что мы соперничаем с божьим промыслом. Но мы долго учимся, набираемся опыта, даем эту чертову клятву. Вы же поступаете намного циничнее. Вы сразу отталкиваете бога, малюете себе новый характер, правите натуру, даже физиологию — под сиюминутные идеалы. Вот и трещите по швам. Не буду я вас лечить — чините себя сами». И врач привстал, намекая, что прием окончен.
Я вышел из кабинета, совсем утратив стержень. И все думал, думал, как в круговорот жизни вписать неудобный для общества, колючий квадрат своих желаний.
По пути домой у меня созрел дерзкий план. Нужно менять свою жизнь, поймать попутный ветер, лечь на волну, перестать бороться с отбрасывающим на берег прибоем. Я решил сменить работу. Все остальные переполненные «картриджи» — город, семья, душевная «начинка» — перед сменой требовали долговременной подготовительной работы и значительных финансовых вливаний.
Вовремя подоспел кризис. Тасовать колоду работодателей вдруг стало единственно верным поведением на падающем рынке. Хватаясь за любую соломинку, я попробовал себя в разных ипостасях, а потом вернулся к тому, что умею.
Только вот вся эта суета не особенно помогла моей спине. Хребет молил о помощи, как и раньше. Я отправился к опытному хирургу, практикующему авторский метод восстановления позвоночника. Рассказал ему всю эту историю. Он прописал мне массаж, процедуры, корсет и… пореже менять работу. И вообще не нервничать. Он сказал, что я уже не в том возрасте, когда стоит нащупывать верный путь. Уже столько прорыто в однажды выбранном туннеле, что до клада остались считанные метры. Нужно продолжать работать своей саперной лопаткой и поменьше слушать голоса. Дескать, такое головокружение — обыденно в момент приближения к цели.
Я остановился, сосредоточился, начал грести и… излечился.
|
Скопируйте код для размещения анонса этой публикации на своем сайте или в блоге
|
4 мая '11, среда
Антон Веселов
(специально для еРаботы)
|
|
Войти в личный кабинет
Зарегистрироваться
